Почему надо сберечь Дом Чарышникова

Послесловие к одному аукциону

Как выглядит сегодня этот, с проваленной крышей, распахнутыми оконными рамами без стекол, многострадальный старинный дом на Кооперативной улице в Ярославле, и без всяких пояснений видно по нашему снимку. Смотришь – слезу выбивает, ком в горле встает.

А самый короткий ответ на вопрос, вынесенный в заглавье нашего текста, дает Государственный реестр объектов культурного наследия народов Российской Федерации. Дом, построенный два с половиной столетия назад для своей семьи одним из первых русских мастеров колокольного литья Иваном Чарышниковым, занесен в этот серьезный документ президентским указом как памятник федерального значения.

Так что по своему весу для отечественных истории и культуры и охранному статусу равнозначен он, к примеру, памятнику легендарному основателю города князю Ярославу Мудрому на Богоявленской площади, знаменитым ярославским посадским храмам, ну или, допустим, Демидовскому столпу на бульваре Челюскинцев.

К слову, эта увенчанная сферой с великодержавным двуглавым орлом бронзовая колонна имеет самое непосредственное отношение к теме нашего «Послесловия к одному аукциону».

Медный столп в честь основателя одного из первых в российской провинции высших учебных заведений, будущего Юридического лицея, просветителя и коллекционера Павла Григорьевича Демидова, чье имя носит Ярославский университет, отливали как раз в мастерских семьи Чарышниковых.

Колонну, снесенную в годы первой пятилетки на металл «для нужд индустриализации», в 2005 году по инициативе городских властей восстановили в бронзе. Куда менее благополучной оказалась участь самого дома Чарышникова на одной из древнейших улиц Ярославля, бывшей Железной. В ее названии был отражен преобладающий род занятий жителей Загородья, северной окраины старого ярославского посада.

Здесь, на землях Петропавловского монастыря, согласно летописным источникам «разоренного татарами», плавили медь, лили колокола. В Загородье купил и обустроил усадьбу «с бронзовым заведением» купец первой гильдии Николай Андронов – он торговал металлическими изделиями на любой вкус, от дамского перочинного ножичка до многопудового конного плуга.

Литейные мастерские Чарышниковых размещались позади дома на Железной. От них остались в лучшем случае одни воспоминания – в советские времена там был заводской сад с танцплощадкой, любимое место воскресного отдыха шинников, давно плотно застроенное.

По информации, полученной от исследователя колокольного искусства, нынешнего директора музея-заповедника «Ростовский кремль» Натальи Каровской, завод Чарышниковых был основан в 1774 году; изданная в Ярославле четверть века спустя «Книга колокольного мастерства на разные веса колоколов» основателя этой семейной династии обобщала самый ранний отечественный опыт богоугодного ремесла. Свое высокое мастерство автор и его наследники не раз доказывали на деле.

Выполняли заказы для патриаршего Свято-Данилова монастыря в Москве, для большой звонницы ярославского Спасского, для Борисоглебского и Кирилло-Белозерского монастырей, для Троицкого собора в Санкт-Петербурге, храмов Мурома, Нижнего Новгорода, Красноярска, Иркутска. Справились ярославские расторопные мужички – вспомним Гоголя - и с заказом Ростовского кремля особой сложности – заново переливали для его звонницы трехтонный «Голодарь», известный всей православной России.

Чарышниковы лили колокола на века. Верой и правдой до сих пор служит приходу села Левашово – это в Некрасовском районе нашей области - полуторатонный колокол на звоннице церкви Воскресения Христова.


В тему вспомним и такой эпизод из русской истории. В Крымскую войну к стенам Соловецкого монастыря подошла английская эскадра. На предложения сдать крепость монахи снова и снова отвечали отказом. По Соловкам было выпущено 1800 снарядов. Этого хватило бы, чтобы в кирпичное крошево превратить несколько городов, таких, как тогдашний Ярославль.

Обошлось без жертв, таков был Божий промысел. Историки пишут: не погибло даже ни одной чайки!

Благовестник, отлитый в мастерских Чарышниковых по высочайшему заказу Александра II для Соловков в память «чудесного избавления обители», господней волей сохранился по сей день. Ярославский колокол стоит там на пьедестале как памятник гражданской и воинской доблести предков.

Так что Чарышниковы заслуживают нашей благодарной памяти не меньше, чем их именитые компаньоны, а позже и успешные конкуренты Оловянишниковы. Именно таким было резюме Каровской в ее интервью для газеты «Северный край» («Неотложка для дома Чарышникова», номер за 13 апреля 2010 года) – с обещанием, если потребуется, дополнить свой рассказ и другими доводами в подтверждение безусловной мемориальной ценности пустующего дома на Кооперативной, охранный статус которого как памятника федерального значения при любой степени ветхости защищает его от сноса.

С последней четверти ХIХ века, после того, как Чарышниковы вынуждены были перевести мастерские в Нижегородскую губернию, продолжая лить колокола и для ярославских церквей, судьба этого дома, на равных с лютеранской кирхой, еврейской синагогой, мусульманской соборной мечетью, была связана с историей межконфессиональных отношений на Ярославской земле.

Вот данные из сборника материалов научно-практической конференции «Ярославль многонациональный: история и современность», организованной при поддержке мэрии историческим факультетом ЯрГУ имени П.Г. Демидова и советом ЯРО «Ассамблеи народов России» – год 2017.

Полтора столетия назад кирпичную двухэтажку на улице Железной выкупил у Чарышниковых коллежский советник Антон Валуцкий, дворянин, окончивший Медико-хирургическую академию в Санкт-Петербурге. Перестроив ее под молельное помещение и жилье для священнослужителей, он жертвует дом римско-католической общине – она насчитывала тогда 1200 верующих. Два десятилетия служил здесь высланный в Ярославль бывший варшавский архиепископ Зигмунт Фелинский, впоследствии причисленный к лику святых католической церкви.

c3288439ae51.jpg

В 1886 году костел с портативным органом был освящен. В его стенах нашлось место и приюту для бездомных, и благотворительной столовой. К концу первого десятилетия прошлого века приход численно подрос почти до трех тысяч душ. Это были не только поляки, но и белорусы, литовцы, украинцы. В архивах сохранились метрические книги прихода с 1896 по 1918 годы. Всего за это время в костеле на Железной улице зарегистрировано 1265 крещений, более 250 бракосочетаний.

В годы Первой мировой войны здесь жили беженцы, призреваемые ярославским комитетом Московского общества помощи жертвам войны. Дом Чарышникова, стало быть, находится и в кругу интересов историков к такой злободневной для наших дней теме - традиций российской благотворительности.

После установления советской власти из костела были реквизированы иконы, орган и вся церковная утварь. Дом перестроили еще раз, теперь под коммунальное жилье с коридорной системой и общей кухней. По рассказу одного из старожилов Александра Нечаева витые металлические колонны парадного входа разобрали сами жильцы. Приспособили их для сушки белья во дворе.

Можно было ожидать, что свет в конце тоннеля появится после того, как в 1995 году дом Чарышникова занесли в реестр культурного наследия общероссийского значения.

Пять лет спустя, после восстановления в Ярославле римско-католического прихода Воздвижения Святого креста, верующие по закону о реституции обратились к мэрии с просьбой вернуть им дом на Кооперативной. Это возможно, последовал ответ, если жильцы коммуналки будут расселены «за счет церкви».

Таких денег у прихода не было. Его исковое заявление в суд осталось без удовлетворения. Основания отказа выглядели спорными, но дом Чарышникова остался на балансе города.

Бесприютному приходу между тем надо было решать свою судьбу. Под домовую часовню приспособили купленную вскладчину квартиру на проспекте Толбухина. В 2001 году часовня была освящена архиепископом Тадеушем Кондрусевичем. В приходе возобновились регулярные службы.

Тем временем дом Чарышникова становился непригодным для жизни. В конце года 1000-летия Ярославля он был наконец-то освобожден по федеральной программе расселения ветхого и аварийного жилья. И…оказался брошенным на произвол судьбы. Первую зиму простоял он с незапертой входной дверью и выбитыми окнами.

«Внутри - полный разор как после набега кочевников, - так описывал увиденное корреспондент «Северного края». - Лестница на второй этаж без перил, сплошь заваленные мусором, раскуроченные полы со сквозными проломами, опасными для жизни. В квартирах бывшей коммуналки следы от костров после ночевок бомжей».

Сейчас, десять лет спустя, дом обходят стороной даже эти бедолаги. Департамент охраны культурного наследия официально подтверждает, что дом Чарышникова находится в аварийном состоянии. Неоднократные попытки продать пустующий дом на аукционе были безрезультатными. После его расселения город так и не сумел определить его судьбу.

В адрес собственника снова и снова шли предписания о необходимости проведения срочных мер по его сохранению. Пока проблема обрастала бумагами – протоколами об административных нарушениях, предостережениями, исковыми заявлениями в суд, заброшенное строение продолжало разрушаться. Вслед за «Северным краем» тревогу забила и «Комсомольская правда» - в апрельской публикации за тот же 2010-й год «В Ярославле рушится еще один памятник-беспризорник».


Вернуться к застарелой проблеме, давно ставшей тупиковой, заставили нас события нынешнего лета. Арбитражный суд области удовлетворил иск департамента об изъятии у собственника дома по Кооперативной улице,19. В августе решение суда вступило в силу. Департамент направил представление в адрес службы по управлению государственным и муниципальным имуществом о продаже здания с аукциона на публичных торгах.

Народная молва сию бородатую тяжбу не преминула назвать «сказкой-неотвязкой» - дескать, отберут у одних, чтобы передать другим, и так до тех пор, пока и охранять-то будет нечего.

В конце месяца городской комитет по управлению муниципальным имуществом объявил о том, что дом на Кооперативной «получил нового собственника». Стартовую сумму в 34 миллиона рублей не решился выложить ни один из трех участников торгов. По минимальной цене 17 миллионов его купил предприниматель Виктор Белкин.

Вот первый комментарий в сетях к этой новости. «Ура! Наконец-то. Давно бы даром отдали. Жалко памятник. Уже 6 пожаров пережил. Лишь бы новый хозяин отнесся к нему как культурный, порядочный и законопослушный человек. Увы! Отрицательных примеров масса. А католики, говорят, теперь вынуждены строить костел где-то на Перекопе».

Как ставший притчей во языцех дом Чарышникова (занесенный, напомним, в государственный реестр с пометкой «костел») послужит людям на новом витке судьбы, пока что остается только гадать. Станет ли он очередным прискорбным доводом к теме «Ярославль, который мы потеряли». Или, оправдывая наши ожидания, новоявленный победитель аукциона постарается сделать все возможное, чтобы сохранить былое достоинство этого видавшего виды старого дома, отмеченного еще на «Регулярном плане Ярославля» 1778 года. Чтобы уважить его прошлое, отраженные в нем пути и перепутья большой истории Отечества. Со всеми их поучительными уроками для нас, наших детей и внуков.


Автор
Юлиан Надеждин, корреспондент журнала «Содружество культур», член Союза журналистов России.
Поделиться
Комментировать